Аслан Масхадов.

 
  Впервые я обратил внимание на  Масхадова в 1994 г. он в качестве одного из командиров вооруженных сил Дудаева выступал по телевидению с угрозами противникам режима, тогда ни симпатии, ни  интереса он не вызывал. 
Ничего особенного – подумал я – еще один «Сипай». У чеченцев было достаточно аргументов уклоняться от службы, и было это несложно потому, что тайно и командование не хотело  видеть чеченцев в армии. 
Дудаев и Масхадов избрали армию не из патриотических побуждений, а если и из патриотических то, был этот патриотизм противоестественный, нездоровый. Пора их розового детства и юности приходиться на 50 – 60 – х. годы. Рассмотрим этот отрезок жизни героев в контексте исторической обстановки и той ожесточенной идейно – политической и экономической борьбы - борьбы изощренной и безжалостной, которую бюрократия ЧИАССР - целиком состоявшая из русских, евреев и армян целенаправленно вело против коренного населения – чеченцев и ингушей.
Двусмысленной и коварной была Советская национальная политика, прикрываясь гуманностью и справедливостью, она игнорировала естественное право на жизнь коренных народов, строила непроходимые препятствия их участию в развитии общественных отношений и пери образования политических систем.
 В конце 50 – х. г. в ЧИАССР сложилась гнилостная управленческая конструкция, которая работала до конца 80 – х. г. и подготовила войны 1994 – 96 и 1999 – 2004 годов. Конструкция эта негласного разделения население на правящую нацию - великий русский народ и людей второго сорта – чеченцев и ингушей. 
Соответствующим образом разделялась и трудовая занятость -занятость чеченцев была ограничена в сельской местности, это было Гетто - бдительно охраняемое милицией и русскоязычным населением, но и во внутри этого Гетто от нас было отчуждено принадлежащее нам до депортации жилье, и оплате труда была дискриминационной. Престижные работы закреплены за русскими, а место чеченцев колхозные овощеводческие поля и скотные дворы, где мы за гроши работали 14 – 16 часов. 
ЧИАССР была основным источником крайне дешёвой, зачастую почти даровой рабочей силы, для чабанских точек Ставропольского и Краснодарского краев, Ростовской, Астраханской, Волгоградской, Оренбургской, Воронежской областей, Калмыцской АССР  – там каждый первый чабан был чеченец, а второй дагестанец. Так же ЧИАССР была основным источником дешёвой рабочей силы для сельского строительства российских областей и Казахской ССР. Со школьной скамьи нас разделяли на воспитуемых и не воспитуемых - уделом не воспитуемых был ранний труд на колхозном поле, или исправительные лагеря для малолетних преступников. Те - кто всерьез хотел продолжить образование в институте назывались Олегом, или Игорем, Джохар Дудаев стал осетином Жорой, а Аслан Масхадов Олежкой. Масхадов не имел основания любить Советскую власть – выбор военной карьеры был актом отрицанием своего народа, во имя экономической выгоды. 
Летом 1995 года случай устроил мою встречу с Масхадовым. В момент этой встречи под влиянием знаменитого события, о котором я собираюсь рассказать, кардинально изменилось и мое отношение к Масхадову.  
В Грозном вырезали семью Чапановых – родители и пятеро малолетних детей. Соседи показали, что убийцы российские контрактники - приехали раним утром в бронемашине с российскими опознавательными знаками. Знаки были плохо замазаны грязью и просматривались - контрактники, или поленились замазать, или не сомневались в безнаказанности. В дом они вошли, через открытую калитку в воротах – калитку эту незадолго до появления контрактников открыла жена Чапанова, что бы выгнать корову. Убийцы недолго находились в доме, через  – 10 минут вырезав спящую семью, они быстро уехали. Подобные убийства - военнослужащие совершали часто, и местные власти их выгораживали. Местные правоохранительные органы не регистрировали преступления совершаемые военнослужащими, и если местным жителям удавалось задержать преступников то, местные власти их неизменно освобождали. 
Младший брат покойного Чапанова привез тела убитых к дому  правительства, назвал номер бронемашины убийц и потребовал взять их под арест. Однако в правительстве  несчастному Чапанову в грубой форме приказали убраться вместе с трупами. Чапанов пришел в отчаяние от гнусности чиновников и решил искать сострадание у первых встречных – он выехал в центр площади Шейха Мансура, откинул борта кузова, встал над убитыми и обратился за состраданием к нам случайным свидетелям его горя. 
  - Вейнахи посмотрите в мою сторону – призвал Чапанов - мой  брат и моя невестка – он не мог говорить, задыхался от горя, слезы потоком текли по его лицу, сделал тяжелый выдох и продолжил.  
  - Как взрослые люди, возможно, мой брат и невеста были грешны и возможно они заслужили свою ужасную участь, но чем так ожесточили убийц маленькие дети, чем заслужила ужасную смерть этот ангел? Чапанов поднял на вытянутых руках труп маленькой русоволосой девочки одетой в белое тонкое окровавленное платьице, ее почти прозрачной белизны кукольное личико, крошечные  ручки и ножки были безжизненны, кукольная шейка на половину перерезана. - Кто мне ответит – спросил Чапанов - вздохи ярости и страдания разрывали его широкую грудь - чем провинился перед убийцами этот ангел? Что это за правительство нами управляет, с какой целью это правительство призвало в нашу страну солдат убийц детей и почему это правительство защищает убийц? Неужели спасение русского государства и интересы их местных слуг нуждаются в крови этого ребенка и наших детей? Если те, кто называют себя нашим правительством, не сострадают нам в этом случае, в каком  другом случае они будут нам сострадать? Кто то, еще так слеп и глух, что неспособен видеть и слышать, что это правительство состоит из наших убийц. Кто то, слеп и глух, что не способен видеть и слышать, что это они заказывают русским солдатам нас убивать - те, кто не понял, посмотрите на тельце этого ангела – он опять приподнял окровавленную девочку. 
- Вейнахи я обращаюсь к вам, потому что одинок в своем горе, я потерял своего брата, невесту, племянников, вы мои братья и сестры, моя семья и надежда, сейчас я очень несчастен и нуждаюсь в вашем сострадании и поддержке!
Смотреть на зарезанную девочку, ее братьев, сестер, родителей было выше моих сил и вместе с тем, в полной мере не пережить весь ужас трагедии семьи Чапанова - было предательство по отношению к этой семье, по отношению к другим семьям - подобным образом убитыми варварами присвоивших себе звание устроителей конституционного порядка. Мое человеческое достоинство и национальная честь повелевали мне осмотреть убитых, что бы на всю жизнь запомнить их окровавленные тела.
Смотреть прямо – пристально сил не хватило, я смог себя заставить только покоситься на убитых. Едва мой взгляд скользну по телу девочки, мучительное страдание сдавила мое горло, слезы потекли по лицу. В эту минуту я ненавидел себя самого за то, что мне не по силу защитить мою страну и ее детей. Я молча заплакал – молча плакали все мужчины, женщины рыдали. Страдание достигло такого напряжения, что люди не обменивались словами, ни одного слова вокруг, только вздохи и рыдания. 
Вмиг вокруг грузовика собралось много сострадающих. Не думал, что в Грозном, чья то беда в миг столько сочувствующих соберет. Мне казалось, что грозненцы совершенно запуганы террором военных  - тогда я поныл, что бы полюбить грозненцев нужно увидеть их в несчастии. Город представлял ужасное зрелище, разрушенных и безлюдных многоэтажек из развалин и пробоин, которых видны были только обломки мебели и прочего имущества. Оказалось, что в этих развалинах и подвалах жило много мужественных до отчаяния и связанных взаимопомощью люде. Вид родителей и детей с прорезанными шеями вызвал у них яростную отвагу, безоружные мужчины, женщины, дети - возбужденные мстительной ненавистью готовы были ринуться на вооруженных солдат - душить и рвать их на части.
 Ощущение реальности вернулось ко мне. Собравшись на площади мы поставили свою жизнь под угрозу, разве военные упустят повод поглумиться над нами - безоружными. Убийство даже детей и женщин для них подвиг за который их поощряют крестами и чинами. Наверное, какая то военная часть уже получила приказ танками растереть нас по земле, наверное, для командиров и солдат этой части - сейчас штампуют кресты героев, наверное,  оголтелая телеведущая российских новостей – сейчас ляпает историю уничтожения доблестными русскими солдатами чеченских бандитов. И мой труп со спущенными штанами покажут по телевидению, а брюхатый генерал с бабьим лицом и ляжками поведает телезрителям душераздирающую историю, как я – дикий фанатик и правая рука Шамиля Басаева - отстрелял патроны, достал большущий  кинжал и с воплями Алла акпар кинулся на русского десантника.  Посмел я кинуться на десантника потому, что я дикий фанатик, был бы цивилизованным, знал, что русские десант непобедим. 
      В этот момент на грузовик Чапанова поднялся российский депутат Аркадий Вольский. Он просил людей разойтись, обещал, что виновные будут найдены и повешены (именно так и сказал). Я даже подумал, как это так повешены - разве смертная казнь не отменена? 
Понял - Вольский ублажает нас неисполнимыми обещаниями. Но с какой целью – такой важный человек лжет не уж то, только ради нашего удаление с площади. Кроме прочих обещаний - Вольский дал и обещание расследовать все военные преступления совершенные русскими солдатами и офицерами в Чечне, и наказать виновных по всей строгости закона. 
Пока Вольский сыпал обещания, пророссийская милиция взяла нас в окружение. Я облегченно вздохнул -  милиция не солдаты, в той - первой войне милиционеры чеченцы не зверствовали над своим народом. Грязную работу они русским поручали.
Вдруг нас оглушил ураганный шум моторов бронетехники,  которая обрушила на нас облака пыли и окружила со всех сторон. Из пыли вынырнули солдаты и встали впереди бронетехники, охватив нас вторым кольцом оцепления. 
Мои опасения получили подтверждение, бронетехника и пехота прибыли не изгнать нас, напротив они взяли в оцепление, что бы мы не ушли. 
- Нам уготована расправа - подумал я – вот и Вольский от нас перебежал к военным, похоже он с ними за одно. Это надо еще разобраться, зачем он выступал, что он хоте, что бы мы разошлись, или наоборот разговорами задержать до подхода войск?
Мы были удивлены, и как не удивится, против нас – случайных прохожих, брошены значительные военные силы, достаточные для завоевания небольшого государства. Милиционеры не разделяли нашу отвагу и подобно крысы побежали в разные стороны, провожаемые нашим посвистыванием и насмешками. 
- Куда вы побежали, вы обязаны защитить нас – кричала вдогонку одна насмешница.
- Эти парни собственную жену не защитят – вторила другая.
- Эй, последний оглянись, хочу запомнить твое лицо, у меня дочь на выданье, не ровен час, захочешь стать моим зятем – кричала третья, насмешница. 
     Между тем солдаты прицеливались к нам злыми глазами. Они стояли в 2 шагах от  меня. С ближайшим  я встретился взглядом и по глазам понял - его автомат направлен на меня и в качестве мишени он избрал мой живот. 
Я оглянулся - оценивая наши силы и только сейчас заметил – мужчин на площади единицы - вокруг меня  плотными кольцами стоят женщины, я поддерживаю в них мужество и уверенность. Они улавливают каждое мое слово, движение, читают мысли, за мной они готовы на смерть, глаза их горят пламенем ненависти и отваги.  Если солдаты применят силу, с нашей стороны никто не дрогнет, схватка будет ужасная, кровопролитная. 
Я представил площадь залитую кровью этих женщин и устланную их трупами, все то, о чем я думать не хотел, вдруг увидел реальным и вполне возможным. 
Впутываться и выпутываться в опасные дела мой образ жизни, но сейчас я в ответе не только за свою жизнь, но и за жизни многих женщин, их пронизывающие доверием глаза обожгли мою совесть, их мужество пробудило раскаяние. Я виновен за то, что они не ушли, когда была возможность. Если я ушел бы вслед за милиционерами, разошлись и они. Не ушел, подал пример безумия. Что же делать, как отвести от них погибель? Сколько мне опущено времени, что бы увести женщин – минуты, секунды? 
Вдруг солдат избравший мишенью мой живот отброшен, чьей-то сильной рукой, он отлетел далеко в сторону и упал на бронемашину. Мгновенно сквозь солдатский строй прорвались и встали рядом с нами, направив оружие против солдат, четыре человека: это были Аслан Масхадов, Ахмед Закаев,  Усман Имаев и Ширвани Басаев. Масхадов был вооружен пулеметом, Закаев, Иманв и Басаев автоматами.
 В то время, когда солдат летел и когда стукнулся, его вцепившиеся в меня глаза сохраняли ненависть. Но когда отскочил от брони, погладил  ушибленный бок и увидел направленное на него оружие то, понял, что это не его победа. Ненависть в его глазах мгновенно уступила место испугу, заискиванию жалости - недолго думая он прокрался за бронемашину и дал стрекача. Скоро беглец скрылся за разрушенным домом, а за ним помчалась и вся пехота.  
- Неужели они с нами – подумал я – рассматривая Масхадова, Имаева, Закаева и Басаева - они рискуют жизнью во имя нашего спасения, как я их недооценивал? Тогда впервые я рассмотрел Масхадова, он стоял по правую руку от меня плечо к плечу. Седой, сухощавый, небольшого роста, глаза горели отвагой, стоял, чуть согнувшись и направив на солдат пулемет. Судя по тому, как он далеко отшвырнул солдата, он был физически развитый и решительный мужчина. Остальные тоже, кроме Закаева, были невысоки. Раньше я их считал невзрачными сельскими парнями - сейчас они виделись подлинными богатырями, но я в тот день ни с одним из них не заговорил, не выразил благодарность, мне нужно было время привыкнуть к тому, что они хорошие парни. 
Происходящее казалось сновидением, минут 10 мы привыкали к победе - осознав, что спасены - приветствовали своих спасителей всеобщим ликованием. Признательность с нашей стороны была пламенная и бесконечная. Событие это положило решающий перелом в войне – раздавленный, оплеванный, заклейменный чеченский народ восстал и победил.  
 Бронетехнику от бегства сдержал мужчина по виду офицер, но без погонов, за его жирной спиной спрятались два пехотинца. Мы подступили к нему, избрав его мишенью для сведения счетов. Мы все имели против военных личную месть, одни за убитых родственников, другие за разрушенное жилье и похищенное имущество, третьи за вымогательство денег на блокпостах. 
- Ну что кабан в Рязани место мало для твоего дерьма, в Чечне что потерял? – холодно спросил мужчина.
- Когда подохните от самогонки? – спросила женщина.
Офицер посмотрел ей в глаза и спросил. 
- Что очень не терпится?
- Отдохнуть от вас хочется – ответила женщина.
Офицер пытался сохранить позу человека вольного пощадить и наказать присутствующих и стойко переносил тысячи насмешек и оскорблений и даже тогда, когда солдаты за его спиной, как то незаметно исчезли, он крепился. Он понимал, что ругательство народа в любую минуту может перейти в жестокое битье и медленно попятился, затем повернулся и пошел, спрятав дрожащие руки в карманы бушлата. 
Сегодня он был в убытке, его предали подчиненные, и начальство не наградит крестом и повышение по службе и это неглавный его убыток. Его главный убыток это выручка, которую он не получит за торговлю людьми, ведь его прислали арестовать и сбросить их в зинданы. Если бы он один не получил эту выручку, часть ожидаемой выручки принадлежало его начальники. Он причинил начальству материальные вред, а финансовые разборки самые жестокие и в армии тоже.  
 Для водителей бронетехники уход офицера послужил сигналом к бегству, они, как то одновременно развернулись и умчались, снова обдав нас пылью и копотью. Три БТРа - толи заглохли, толи не завелись. Солдаты вылезли из машин, двое оправдывались перед нами, а остальные сбежали, через минуту и эти двое бочком проскользнув сквозь толпу, и исчезли из виду. 
В одной бронемашине остался водитель, он словно грызун из норы – высовывался из башенного люка, затем исчезал в бронемашине, пытался ее завести. Неловкий и робкий молодой солдат он привлек толпу насмешников. 
 – Этот настоящий солдат не отступил, Россию не придал, все сбежали, а он машину не оставил – шутил один.
- Не предал потому, что вылезть боится. 
 С нашей стороны мужчина взял в руку камень, постучал по броне и позвал солдата.
- Эй, солдатик покажись, что аккумулятор сел – давай мы толчком заведем БТР? 
В  конце, концов, солдат сообразил, что мы не имеем намерение его отколотить и тем более убить, он осторожно вылез из машины и, медленно протиснувшись между нами, исчез.
 После бегства последнего солдата объектом всеобщего внимания стал Масхадов. Почтенного возраста женщины - словно Масхадов был дитя, держали его в объятиях и нежно гладили его волосы, плечи, руки. Многие стремились излить ему любовь и ласку, поэтому его с великой осторожностью передавали из рук в руки, как если бы он был дите не научившееся ходить. Виновник народной любви совершенно растерялся и долго не мог вымолвить ни слова. 
Именно здесь, на площади Шейха Мансура по вине несчастной семьи Чапановых  взошла над Чечней звезда Масхадова, отсюда  началась его избирательная президентская компания. Кровь семьи Чапанова уничтожила победы - ранее достигнутые русской армией и стало причиной перелома успеха в пользу чеченского народа.
 Наконец Масхадов  справился со смущением, поднялся на грузовик и рассказал, что он начальник штаба армии ЧР в сопровождении командующих фронтами А. Закаева, У. Имаева и Ш. Басаева прибыл в Грозный, в офис ОБСЕ для переговоров, где и узнали, что на площади Шейха Мансура российское командование готовит расправу над мирными жителями. Медлить было нельзя - оценив обстановку  сказал своим товарищам.
- Расстрел народа произойдет с минуты на минуту, наши воинские части далеко, призывать их бессмысленно, народ спасет только чудо, которое мы обязаны совершить. Затем сел в машину и отправился на площадь, за ним последовали А. Закаев, У. Имаев и Ш. Басаев. Закончив рассказ, Масхадов просил митингующих разойтись, так как солдаты вернуться и  сам же с товарищами уехал в офис ОБСЕ. 
Я ушел не сразу, так как понимал, что мы вернули себе Грозный, хотелось вместе с народом наслаждиться победой.
 Вечером по дороге с работы на площади трех дураков (пл. Дружбы, по названию памятника трем революционерам) я увидел людей, бурно обсуждавших то, что случилось на площади Шейха Мансура после моего ухода. Мои товарищи отправились поддержать Масхадова в офис ОБСЕ.  Недалеко от офиса дорогу им преградила милиция во главе с Хаджиевым и Гантемировым. Народ пошел на милицейское оцепление и был встречен предупредительным огнем из автоматов. Пули рикошетом от асфальта поразили насмерть одного и ранили другого. Из толпы к милиции подошла девушка и отвесила командиру милиции такую оплеуху, что с его головы далеко слетела фуражка. Для народа оплеуха стала сигналом нападения, в результате стремительной атаки милиция была смята и бежала, оставив в руках нападавших 2  автомата. Опять вмешательство Масхадова помогло избежать худшего. Он уговорил победителей вернуть милиционерам автоматы и разойтись. 

Хомячковый рай. Уйти и потеряться:

Судя по их названию, этому тексту релевантны статьи:

  1. [?] Чеченская интеллигенция и Масхадов.
  2. [?] Президент Масхадов - эпоха несбывшихся надежд.
  3. [?] Паразиты точащие превзошли солдат
Ваш комментарий к статье:
Правила комментирования:



cod

Ограничение на длину комментария 10Kb. Вы ввели: 0 символов, осталось: 10240



  1. Все поля формы обязательны для заполнения.
  2. При этом Ваш e-mail не публикуется.
  3. Сообщение должно вместиться в 10 килобайт.
  4. Содержание комментариев, оставленных на опубликованные материалы, является мнением лиц, их написавших, и не обязано совпадать с мнением Администратора, никоим образом не ответственного за выводы и умозаключения, могущие возникнуть при прочтении комментариев, а также любые версии их истолкования.
  5. Не будут опубликованы комментарии:
    1. нарушающие положения законодательства РФ.
    2. содержащие оскорбления любого вида
      (личного, религиозного, национального...);
    3. включающие неуместные теме поста ссылки, в том числе спамовые;
    4. содержащие рекламу любых товаров и услуг, иных ресурсов, СМИ или событий, не относящихся к контексту обсуждения статьи.
    5. не относящиеся к теме статьи или к контексту обсуждения.
  6. Факт оформления Вами комментария является безоговорочным принятием этих условий.


Рейтинг популярности - на эти заметки чаще всего ссылаются: